– Алло, – раздался на другом конце провода немного задыхающийся голос.

– Привет, Кен. Это Лиз Уэйкфилд.

– О, привет, Лиз. – Кен, казалось, был немного удивлен.

Элизабет взяла карандаш и принялась машинально чертить в лежавшем у телефона блокноте.

– Надеюсь, я не помешала.

– Нет, – ответил Кен. – Тренировка как раз кончилась.

– Хорошо. Кен, не знаю, как поделикатней выразиться, и поэтому скажу прямо. Я слышала, у тебя проблемы с английским.

– А ты откуда знаешь? – раздраженно спросил Кен.

– Неважно. – Элизабет не хотелось ссорить Брюса с Кеном. – Я звоню, потому что подумала – я могла бы помочь. Я в курсе происходящего и знаю о письменном задании. Я рада буду помочь тебе.

Кен молчал, и Элизабет показалось, что идея ее вовсе не так уж хороша.

– Честно говоря, – наконец заговорил Кен, – помощь мне пригодилась бы. Не знаю почему, но меня прямо застопорило. Может, если мы потолкуем, дело сдвинется с мертвой точки.

– Конечно, – с облегчением вздохнула Элизабет. – Можешь заехать сегодня вечером?

– Подходит. Только дай мне полчасика – принять душ и переодеться.

– Без проблем. Я буду дома.

– Чудесно. Значит, увидимся. – Голос Кена звучал куда жизнерадостнее, чем минуту назад.

Элизабет попрощалась и повесила трубку. Продолжая думать о Кене, она взяла стакан и вышла из кухни. Элизабет знакомо было состояние, когда кажется, что не можешь выдавить из себя ни строчки. Она писала уже много лет, но все равно – иногда бывало трудно именно начать. Может, если она покажет Кену что-то из своих вещей и поговорит с ним, ему будет легче начать.

Элизабет вышла во дворик, захлопнув за собой стеклянную дверь. Ее мать плавала в бассейне, а Джессика сидела на трамплине для прыжков в воду и листала «Вог».

– Позвонила? – осведомилась она, не отрываясь от журнала.